ПРЕЗИДЕНТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПИСЬМО
от 21 ноября 1995 г. N Пр-1678

В соответствии с частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации отклоняю Семейный кодекс Российской Федерации.

Отдельные нормы представленного Семейного кодекса Российской Федерации нарушают права и свободы граждан, гарантированные им Конституцией Российской Федерации, не соответствуют нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и другим законодательным актам.

Установление в статье 4 Семейного кодекса Российской Федерации приоритета семейного законодательства перед гражданским в регулировании имущественных отношений противоречит статьям 3 и 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в пункте 2 статьи 3 Гражданского кодекса установлено, что нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать Гражданскому кодексу Российской Федерации, а в пункте 4 статьи 265 Гражданского кодекса установлено, что законодательство о браке и семье может устанавливать только правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела.

В пункте 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации дается определение общего имущества супругов. Исходя из определения объектов гражданских прав к имуществу относятся результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них. Исходя из редакции статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации можно сделать вывод, что интеллектуальная собственность, созданная одним из супругов во время брака, будет являться совместной собственностью супругов. Это противоречит статье 138 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также авторскому и патентному законодательству, где интеллектуальная собственность определяется как исключительное право гражданина.

Содержание абзаца второго пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации противоречит абзацу первому этого пункта, так как сделка, совершенная без соблюдения требований, изложенных в абзаце первом, фактически ничтожна.

Кроме этого, установленный этой статьей срок исковой давности в один год снижает имущественную защищенность одного из супругов, в связи с чем полагаем, что для признания сделки недействительной должен быть установлен общий срок исковой давности в три года.

Статьей 36 Семейного кодекса Российской Федерации определены право супругов на общее жилище и условия совершения сделок по его распоряжению.

Предлагаем исключить данную норму из Кодекса, так как указанные в этой статье отношения регулируются гражданским и жилищным законодательством и в силу различия характера перечисленных в указанной статье правоотношений не могут быть приведены к общему безусловному знаменателю по совершению сделок и других юридически значимых действий с жилой площадью.

Непонятно, почему статья 38 Семейного кодекса Российской Федерации содержит диспозитивную норму, так как порядок распространения законного режима имущества супругов уже определен в статье 33 и, соответственно, дополнительных уточнений по поводу возможности установления иного правового режима имущества между супругами не требуется.

Необходимо отметить, что содержание брачного договора, предусмотренное в Семейном кодексе Российской Федерации, ничем не отличается от обычного договора, то есть это фактически имущественный договор между двумя особыми субъектами, никаких иных новаций нет.

Таким образом, можно определить брачный договор как особый вид гражданско-правового договора, не требующий дополнительного описания в отдельном законе.

В статье 44 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачный договор может быть расторгнут только по соглашению сторон, что резко сужает основания изменения и расторжения договора, предусмотренные в статье 450 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, фактически брачный договор не может быть расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора одной из сторон, так как установлен приоритет семейного законодательства перед гражданским законодательством. Кроме того, необходимо отметить, что к договорам термин "правовые последствия" не применяется, а применяется термин "обязательства", поскольку брачный договор является сделкой, влекущей изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статья 45 Семейного кодекса Российской Федерации, устанавливающая изменение брачного договора в случае существенного изменения обстоятельств, совершенно не соответствует статье 451 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 2 статьи 48 Семейного кодекса Российской Федерации необходимо конкретизировать понятие "в интересах семьи", так как это оценочное понятие и вызовет сложности в его определении при рассмотрении дел в суде. Пункт 3 этой статьи противоречит пункту 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, где установлено, что взыскание может быть обращено только на долю в общем имуществе супругов.

Статья 49 Семейного кодекса Российской Федерации фактически устанавливает новый вид обеспечения обязательств. При этом не учтено, что исчерпывающий перечень обеспечения исполнения обязательств дан в Гражданском кодексе Российской Федерации. Кроме этого, данная норма не может реально обеспечить права кредиторов, поскольку супруги могут изменить статус имущества с помощью иных договоров в соответствии со статьей 47 Семейного кодекса Российской Федерации.

Кроме указанных постатейных замечаний к положениям Семейного кодекса Российской Федерации, затрагивающим имущественные вопросы, необходимо отметить, что эти вопросы разрешены только в отношении супругов, но без учета прав и интересов других членов семьи. Отсылка в пункте пятом статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации на регулирование гражданским законодательством вопросов владения, пользования и распоряжения общим имуществом родителей и детей не исчерпывает случаи, возникающие на практике.

Статьей 51 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что совместное заявление отца и матери ребенка об установлении отцовства может быть подано в орган записи актов гражданского состояния во время беременности матери. Запись о родителях ребенка производится после рождения ребенка.

Учитывая, что происхождение ребенка от конкретного лица (отцовство) в соответствии со статьями 51 и 52 Семейного кодекса Российской Федерации устанавливается по совместному заявлению родителей, заявлению отца ребенка или в судебном порядке, не ясно, с какой целью в названной статье предлагается заблаговременно обеспечить установление факта отцовства в отношении неродившегося человека и признания родителями лиц, на момент подачи заявления ни юридически, ни фактически ими не являющимися.

Указанная статья влечет необходимость разъяснения вопроса о возможности возврата заявления одному из лиц, подавших заявление об установлении отцовства в органы записи актов гражданского состояния до факта рождения ребенка.

Кроме того, речь идет о совместном заявлении, поэтому нет оснований предполагать о будущем споре и обеспечивать защиту предположений.

Редакция указанной статьи Кодекса не обеспечивает юридических гарантий невмешательства в реализацию гражданами права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, гарантированных статей 21 Конституции Российской Федерации.

В статье 116 Семейного кодекса Российской Федерации органам внутренних дел поручается производить отметку в паспорте лица, обязанного решением суда уплачивать алименты. В статье 117 Кодекса администрации организаций на основании указанной отметки поручается производить удержания алиментов до поступления исполнительного листа в порядке, установленном для удержаний по исполнительному листу. В случае неисполнения обязанностей на виновных должностных лиц может быть наложен штраф.

Указанные положения статей 116, 117 Семейного кодекса Российской Федерации противоречат статьям 23, 24 Конституции Российской Федерации, предусматривающим право граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, запрещение распространения информации о частной жизни без согласия граждан.

Кроме этого, возложение обязанностей на должностных лиц по удержанию алиментов на основании отметки в паспорте, а не исполнительного документа и установление ответственности за неисполнение этой обязанности нельзя признать законными.

В Семейном кодексе Российской Федерации предусмотрены расширение функций и новые полномочия органов опеки и попечительства, которые являются органами местного самоуправления.

В связи с этим необходимо в соответствии со статьей 133 Конституции Российской Федерации предусмотреть компенсацию дополнительных расходов органам местного самоуправления, которые возникнут в результате введения в действие Семейного кодекса Российской Федерации.

Весьма спорными представляются положения Семейного кодекса Российской Федерации, определяющие усыновление (удочерение) детей. Усложнение процедуры усыновления (удочерения) детей за счет рассмотрения этих вопросов судом, безусловно, создает дополнительные гарантии в обеспечении прав и интересов детей. Однако на практике может возникнуть ситуация, когда перегруженность судов, отсутствие соответствующих процедурных норм сделают невозможным усыновление (удочерение) детей. В этой ситуации будут грубо нарушены права детей на воспитание в семье. Полагаю, что данная проблема должна быть дополнительно изучена с привлечением Верховного Суда Российской Федерации.

Президент
Российской Федерации
Б.ЕЛЬЦИН

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области