КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 июня 2015 г. N 1294-О

ПО ЖАЛОБЕ
ГРАЖДАНКИ НЕВСТРУЕВОЙ РАИСЫ ПЕТРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЯМИ 13 И 14 ФЕДЕРАЛЬНОГО
ЗАКОНА "ОБ ОБОРОТЕ ЗЕМЕЛЬ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО НАЗНАЧЕНИЯ"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Г.А. Гаджиева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Р.П. Невструевой,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Р.П. Невструева оспаривает конституционность следующих норм Федерального закона от 24 июля 2002 года N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения":

статьи 13, закрепляющей право участника или участников долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения выделить земельный участок в счет своей земельной доли или своих земельных долей и возможные способы образования выделяемых земельных участков: посредством принятия решения общим собранием участников долевой собственности или - если такое решение общего собрания участников долевой собственности отсутствует - на основании решения самого собственника земельной доли;

статьи 14, предусматривающей особенности владения, пользования и распоряжения земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности, в том числе устанавливающей, что владение, пользование и распоряжение земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности более чем пяти лиц, осуществляются в соответствии с решением участников долевой собственности, которое принимается ими на общем собрании, а также определяющей перечень вопросов, рассматриваемых на общем собрании участников долевой собственности, в число которых входит рассмотрение проектов межевания земельных участков и утверждение этих проектов.

Как следует из представленных материалов, организация, уполномоченная на осуществление государственного кадастрового учета и ведение государственного кадастра недвижимости, приостановила осуществление такого учета в отношении ряда земельных участков, выделяемых гражданами, включая Р.П. Невструеву, в счет своих земельных долей, мотивировав такое решение непринятием этими гражданами мер к созыву общего собрания участников долевой собственности по данному вопросу.

Решением Щигровского районного суда Курской области от 30 января 2014 года, вынесенным на основании заявления указанных граждан, решение о приостановлении государственного кадастрового учета было признано неправомерным. Как указал суд, участники долевой собственности согласно статье 13 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" вправе инициировать процедуру выдела земельных участков в счет своей земельной доли или своих земельных долей без проведения по данному вопросу общего собрания участников долевой собственности, притом что другие участники долевой собственности имеют возможность защищать свои имущественные права путем подачи возражений в отношении размера и местоположения границ выделяемых участков.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Курского областного суда от 7 мая 2014 года решение суда первой инстанции было отменено и принято новое решение - об отказе в удовлетворении указанных требований на том основании, что заявители не приняли должных мер к обеспечению проведения общего собрания участников долевой собственности по вопросу о выделе земельных участков.

В определении судьи Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 2014 года, которым заявителям было отказано в передаче их кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, со ссылкой на статью 14 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" отмечалось, что если земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения находится в собственности более чем пяти лиц, то владение и пользование им осуществляется в соответствии с решением участников долевой собственности, которое принимается ими на общем собрании. В приложенных к жалобе Р.П. Невструевой материалах отсутствуют сведения о том, что заявительница обращалась к Председателю Верховного Суда Российской Федерации или его заместителю в порядке части третьей статьи 381 ГПК Российской Федерации.

По мнению заявительницы, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 19 и 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают возможность неограниченного усмотрения в процессе их применения - вопреки выводам, содержащимся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года N 12-П, что влечет за собой нарушение конституционного принципа равенства прав граждан, а также ограничение их прав как собственников земли.

2. В Постановлении от 22 апреля 2014 года N 12-П по итогам рассмотрения без проведения слушания дела о проверке конституционности пунктов 2 - 6 статьи 13 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" (в редакции Федерального закона от 29 декабря 2010 года N 435-ФЗ) Конституционный Суд Российской Федерации признал эти нормы с учетом их взаимосвязи с положениями статьи 13.1 того же Федерального закона не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по своему конституционно-правовому смыслу они допускают выдел земельного участка в счет земельной доли участника долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения без учета принятого до этой даты решения общего собрания участников долевой собственности об утверждении местоположения части находящегося в долевой собственности земельного участка, предназначенной для выделения земельных участков в счет земельных долей в первоочередном порядке.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходя из выводов, содержащихся в Постановлении от 30 января 2009 года N 1-П, констатировал изменение правового регулирования, которое ранее предусматривало обязанность участника долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, заинтересованного в выделе земельного участка в счет своей земельной доли или своих земельных долей, предпринять все надлежащие и зависящие от него меры к проведению общего собрания по данному вопросу, а в настоящее время (с 1 июля 2011 года) - в целях обеспечения максимально эффективного использования земель сельскохозяйственного назначения в контексте развивающихся отношений собственности, а также реализации в земельных отношениях конституционно значимых начал гражданского законодательства, в том числе его дозволительной направленности и недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела (статья 1 ГК Российской Федерации), - закрепляет альтернативные способы реализации участниками долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения права на выдел земельного участка в счет своей земельной доли, которые различаются в зависимости от варианта выдела земельного участка - путем принятия общим собранием участников долевой собственности решения, которым утверждаются проект межевания земельных участков, перечень собственников образуемых земельных участков и размер их долей в праве общей собственности на образуемые земельные участки, либо путем определения отдельными сособственниками размеров и местоположения границ выделяемых в счет их земельных долей земельных участков, проект межевания которых, подготовленный кадастровым инженером, подлежит обязательному согласованию с остальными сособственниками посредством их извещения или размещения необходимых сведений в средствах массовой информации.

Развивая эту правовую позицию в своих последующих решениях, Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что варианты выдела, предусмотренные статьей 13 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" в ныне действующей редакции, не являются взаимообусловленными (определения от 25 сентября 2014 года N 2129-О, N 2277-О и N 2278-О); соответственно, граждане имеют право на выдел своей земельной доли или своих земельных долей самостоятельно и без принятия мер, направленных на проведение общего собрания участников долевой собственности.

Что касается положений статьи 14 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", закрепляющих общий порядок владения, пользования и распоряжения земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности, который предполагает принятие по данным вопросам соответствующих решений на общих собраниях собственников земельных долей, то эти положения не противоречат требованиям статьи 13 того же Федерального закона, которая, как регламентирующая вопросы выдела земельного участка в счет земельной доли или земельных долей, является специальной правовой нормой, имеющей приоритет в рассматриваемой сфере гражданских и земельных отношений.

Таким образом, оспариваемые заявительницей нормы Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" в их конституционно-правовом истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющем свою силу постановлении, не могут рассматриваться как предусматривающие, что вопросы выдела земельного участка в счет земельной доли или земельных долей и утверждения местоположения выделяемого земельного участка подлежат разрешению исключительно на общем собрании участников долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, соответственно, рассмотрение данных вопросов на общем собрании участников долевой собственности не должно признаваться в качестве основного или приоритетного способа осуществления такого выдела. Иное истолкование данных законоположений, а именно признание обязательности во всех случаях решений общих собраний участников долевой собственности по вопросу о выделе земельных долей означало бы преодоление правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, что недопустимо в силу части второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Поскольку действующее законодательство в настоящее время содержит все необходимые правовые механизмы, гарантирующие обеспечение прав граждан на выдел земельных участков в счет своей земельной доли или своих земельных долей, нельзя прийти к выводу о том, что оспариваемые заявительницей статьи 13 и 14 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" - с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации - противоречат Конституции Российской Федерации.

3. Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно подчеркивал, что юридической силой постановления Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы и тем самым устраняется неопределенность в ее интерпретации с точки зрения соответствия Конституции Российской Федерации, обусловливается невозможность применения данной нормы (а значит, прекращение действия) в любом другом истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации; иное - в нарушение статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и части третьей статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" - означало бы возможность применения нормы в прежнем ее понимании, не соответствующем Конституции Российской Федерации и, следовательно, влекущем нарушение конституционных прав и свобод. С момента вступления постановления Конституционного Суда Российской Федерации в силу такая норма не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле (Определение от 8 июля 2014 года N 1562-О); при этом обязательному учету правоприменительными органами подлежат не только итоговый вывод Конституционного Суда Российской Федерации, сделанный им в резолютивной части постановления применительно к конкретной правовой норме, но и правовые позиции, изложенные в его мотивировочной части и содержащие толкование конституционных норм либо выявляющие конституционный смысл закона, на которых основаны выводы Конституционного Суда Российской Федерации в резолютивной части его решения (Определение от 7 октября 1997 года N 88-О).

Правоприменительные решения, вынесенные после принятия Конституционным Судом Российской Федерации соответствующего постановления и основанные на акте, которому в ходе применения по конкретному делу суд общей юрисдикции или арбитражный суд придал истолкование, расходящееся с его конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, подлежат пересмотру в порядке, установленном законом; суды общей юрисдикции и арбитражные суды независимо от того, в какой процессуальной стадии находится на рассмотрении конкретное дело, с момента вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации, содержащего конституционно-правовое истолкование нормы (примененной или подлежащей применению в данном деле), опровергающее прежнее ее истолкование, не вправе не исполнять постановление Конституционного Суда Российской Федерации - иное означало бы неисполнение требований Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2012 года N 2348-О).

Поскольку в деле Р.П. Невструевой выявление оснований неприменения судами статей 13 и 14 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" в тех конституционно-правовых рамках, которые были установлены сохраняющим свою силу Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года N 12-П, может быть осуществлено только на основе исследования фактических обстоятельств, которое не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, все средства защиты ее прав в судах общей юрисдикции нельзя считать исчерпанными.

Соответственно, Р.П. Невструева не лишена возможности защитить свои права в суде общей юрисдикции в предусмотренных процессуальным законом процедурах, а ее жалоба в силу пункта 3 статьи 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", согласно которому Конституционный Суд Российской Федерации принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случаях, если по предмету обращения Конституционным Судом Российской Федерации ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Проверка же законности и обоснованности правоприменительных актов, в том числе установление судебной ошибки и определение ее характера, если такая ошибка имела место, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 3 статьи 43, статьей 71 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать жалобу гражданки Невструевой Раисы Петровны не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявительницей вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области