КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 февраля 2015 г. N 226-О

ПО ЖАЛОБЕ
ГРАЖДАНКИ ПЕТРОВОЙ СВЕТЛАНЫ НИКОЛАЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ АБЗАЦЕМ ВТОРЫМ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 146
СЕМЕЙНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПУНКТОМ 2 СТАТЬИ
35 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Н.В. Селезнева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки С.Н. Петровой,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка С.Н. Петрова оспаривает конституционность взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзаца второго пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации, устанавливающих запрет на назначение опекунами (попечителями) детей лиц, лишенных родительских прав.

Как следует из представленных материалов, постановлением главы администрации муниципального образования "Плесецкий район" Архангельской области от 13 января 2014 года С.Н. Петрова, проживавшая одной семьей в квартире со своей дочерью, младшим сыном и двумя его малолетними дочерьми, была временно назначена опекуном своих малолетних внучек: их мать на основании судебного решения была лишена родительских прав, а отец (младший сын заявительницы) по приговору суда направлен для отбывания наказания в места лишения свободы за совершение преступлений, предусмотренных пунктом "г" части второй статьи 117 "Истязание" и частью первой статьи 119 "Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью" УК Российской Федерации, в отношении своей несовершеннолетней сестры.

9 января 2014 года отделом опеки и попечительства администрации муниципального образования "Плесецкий район" было вынесено решение об отказе в удовлетворении заявления С.Н. Петровой о назначении ее опекуном малолетних внучек со ссылкой на то, что судебным решением от 20 февраля 1992 года она лишена родительских прав в отношении своего старшего сына.

Решением Плесецкого районного суда Архангельской области от 24 января 2014 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 12 мая 2014 года, на основании пункта 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзаца второго пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации С.Н. Петровой было отказано в удовлетворении ее требования о признании указанного решения органа опеки и попечительства незаконным. Определением судьи Архангельского областного суда от 31 июля 2014 года С.Н. Петровой в передаче ее кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции также было отказано. Как указали суды, заявительница относится к лицам, лишенным родительских прав, и доказательства того, что она была восстановлена в родительских правах, суду не представлены.

По мнению заявительницы, пункт 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзац второй пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации противоречат статьям 7 (часть 2), 19 (часть 1), 38 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяют судам при решении вопроса о возможности назначения несовершеннолетнему опекуна (попечителя) в случае, если потенциальный опекун (попечитель) ранее был лишен родительских прав, принимать во внимание обстоятельства, свидетельствующие, что такой опекун (попечитель) способен обеспечить полноценное физическое, духовное и нравственное развитие подопечного без риска подвергнуть опасности его психику и физическое здоровье, а также обстоятельства, характеризующие личность опекуна (попечителя) и иные существенные для дела обстоятельства.

2. Согласно Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства (статья 38, часть 1). В основе правового регулирования семейных отношений лежат принципы государственной поддержки семьи, материнства, отцовства и детства (статья 7, часть 2, Конституции Российской Федерации), приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних (статья 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Это согласуется с пунктом 1 статьи 3 Конвенции ООН о правах ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года), согласно которому во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

2.1. Преследуя цель защиты прав и интересов детей, оставшихся без попечения родителей, федеральный законодатель предусмотрел различные формы устройства таких детей, а именно: в семью на воспитание (усыновление, удочерение), под опеку или попечительство, в приемную семью либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, - в патронатную семью, а при отсутствии такой возможности временно, на период до их устройства на воспитание в семью, - в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов. Задача выбора - исходя из конкретных обстоятельств лишения ребенка родительского попечения - в наибольшей степени соответствующей интересам ребенка формы его устройства и последующий контроль за условиями содержания таких детей, их воспитания и образования возложены на органы опеки и попечительства (пункт 1 статьи 121, пункт 1 статьи 123 Семейного кодекса Российской Федерации).

Опека и попечительство, согласно статье 31 ГК Российской Федерации, устанавливаются как над несовершеннолетними, так и над совершеннолетними недееспособными или не полностью дееспособными гражданами для защиты их интересов (пункт 1). Целями установления опеки (попечительства) над детьми, оставшимися без попечения родителей, являются, кроме того, их содержание, воспитание и образование (пункт 1 статьи 145 Семейного кодекса Российской Федерации).

При назначении опекуна (попечителя) должны учитываться нравственные и иные личные качества опекуна (попечителя), способность его к выполнению обязанностей опекуна или попечителя, отношения, существующие между ним и лицом, нуждающимся в опеке или попечительстве и, если это возможно, желание самого подопечного, а при назначение опекуна (попечителя) ребенку должно также учитываться отношение к ребенку членов семьи опекуна (попечителя) (пункт 3 статьи 35 ГК Российской Федерации, пункт 2 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации).

Опекуны и попечители несовершеннолетних граждан обязаны проживать совместно со своими подопечными (пункт 2 статьи 36 ГК Российской Федерации и абзац первый пункта 1 статьи 148 Семейного кодекса Российской Федерации). Орган опеки и попечительства обязан провести обследование условий жизни ребенка и лица (лиц), претендующего на его воспитание, и представить суду акт обследования и основанное на нем заключение по существу спора (пункт 2 статьи 78 Семейного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, осуществление опеки (попечительства) в отношении оставшихся без родительского попечения несовершеннолетних имеет существенную специфику. Соответственно, ввиду необходимости совместного проживания опекуна (попечителя) и подопечного, преследующей цель надлежащего выполнения опекуном (попечителем) своих обязанностей по содержанию и воспитанию несовершеннолетнего подопечного, особое значение при выборе опекуна (попечителя) ребенку приобретает оценка приемлемости условий в предполагаемом месте их совместного проживания: наличие удовлетворительных жилищно-бытовых условий, отношение к ребенку членов семьи опекуна (попечителя) и благополучность нравственно-психологического климата в семье опекуна (попечителя). Благоприятный внутрисемейный климат - безусловное требование для нормального воспитания и развития ребенка.

2.2. Вопросы, касающиеся ограничения определенных категорий лиц в возможности выступать в качестве лиц, заменяющих родителей для детей, оставшихся без попечения родителей (опекуны (попечители), усыновители), ранее исследовались Конституционным Судом Российской Федерации.

Так, в Определении от 20 марта 2014 года N 633-О Конституционный Суд Российской Федерации со ссылкой на свою правовую позицию, выраженную в Постановлении от 31 января 2014 года N 1-П, в частности, указал: поскольку опекуны (попечители), как и родители, имеют право и обязаны воспитывать своих подопечных, оставшихся без попечения родителей (пункт 1 статьи 145, абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации), а ребенок, соответственно, имеет право на обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства, равно как и право на защиту от злоупотреблений со стороны родителей либо лиц, их заменяющих (пункт 2 статьи 56 Семейного кодекса Российской Федерации), федеральный законодатель в целях максимального обеспечения интересов несовершеннолетних, для которых противостояние негативному влиянию либо преступным посягательствам невозможно или затруднено в силу возраста, вправе предусматривать обусловленные необходимостью защиты конституционно значимых ценностей ограничения в отношении заменяющих родителей лиц, поведение и морально-нравственные качества которых могут представлять угрозу для здоровья ребенка и формирования его личности.

Из этого следует, что установленный законодателем во взаимосвязанных положениях пункта 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзаце втором пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации запрет на назначение опекунами (попечителями) детей лиц, лишенных родительских прав, сам по себе не свидетельствует о нарушении каких-либо конституционных прав граждан.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что в силу принципа соразмерности и исходя из особенностей правового статуса усыновителей, опекунов (попечителей) при решении вопроса о возможности для тех или иных лиц выступать в качестве заменяющих родителей детям, оставшимся без родительского попечения, необходимо учитывать все существенные для дела обстоятельства, свидетельствующие, что потенциальный усыновитель (опекун, попечитель) при наличии фактически сложившихся между ним и ребенком отношений способен обеспечить полноценное физическое, духовное и нравственное развитие усыновляемого (подопечного) ребенка без риска подвергнуть опасности его психику и физическое здоровье (определения от 13 мая 2014 года N 997-О, от 6 ноября 2014 года N 2429-О и от 6 ноября 2014 года N 2479-О).

Таким образом, сам по себе установленный законодателем во взаимосвязанных положениях пункта 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзаце втором пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации запрет на назначение опекунами (попечителями) детей лиц, лишенных родительских прав, не свидетельствует о нарушении каких-либо конституционных прав граждан.

Вместе с тем, руководствуясь принципом соразмерности и исходя из особенностей правового статуса усыновителей, опекунов (попечителей), Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал на необходимость учета при решении вопроса о возможности выступать в качестве лиц, заменяющих родителей детей, оставшихся без попечения родителей, всех существенных для дела обстоятельств, свидетельствующих, что такой потенциальный усыновитель (опекун, попечитель) при наличии фактически сложившихся между ним и ребенком отношений способен обеспечить полноценное физическое, духовное и нравственное развитие усыновляемого (подопечного) ребенка без риска подвергнуть опасности его психику и физическое здоровье (Постановление от 31 января 2014 года N 1-П, определения от 13 мая 2014 года N 997-О, от 6 ноября 2014 года N 2429-О и от 6 ноября 2014 года N 2479-О).

По смыслу данных правовых позиций, пункт 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзац второй пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации, подлежащие применению в системной связи со статьями 19 и 38 Конституции Российской Федерации, а также с положениями статьи 1, пункта 2 статьи 7, пункта 2 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 35 ГК Российской Федерации, не могут рассматриваться как препятствующие суду при решении вопроса о возможности назначения конкретного лица, формально относящегося к категории лиц, лишенных родительских прав, опекуном (попечителем) ребенка, принимать во внимание все существенные для дела обстоятельства, в том числе характеризующие личность и его поведение после лишения родительских прав, наличие возможности восстановиться в родительских правах, свидетельствующие, что потенциальный опекун (попечитель) способен обеспечить полноценное физическое, духовное и нравственное развитие подопечного ребенка без риска подвергнуть опасности его психику и физическое здоровье. Иное противоречило бы статьям 7 (часть 2), 19 (часть 1), 38 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

При этом положительная оценка судом личности и поведения конкретного лица, относящегося к категории лиц, лишенных родительских прав, не является достаточным основанием для назначения такого лица опекуном (попечителем) ребенка: ввиду необходимости совместного проживания опекуна (попечителя) и его несовершеннолетнего подопечного оценке подлежат также внутрисемейные условия в предполагаемом месте проживания опекуна (попечителя) и подопечного.

Соответственно, при решении вопроса о возможности назначения опекуном (попечителем) ребенка конкретного лица, в том числе относящегося к категории лиц, лишенных родительских прав, суды в каждом случае, руководствуясь прежде всего целью наилучшего обеспечения интересов ребенка, должны исследовать весь комплекс обстоятельств, связанных как с личностью потенциального опекуна (попечителя), так и с благополучием среды, в которой подопечный ребенок будет проживать, воспитываться и развиваться.

3. С учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированных в Постановлении от 31 января 2014 года N 1-П, а также в ряде его определений, в том числе в настоящем Определении, неопределенность в вопросе о соответствии Конституции Российской Федерации пункта 2 статьи 35 ГК Российской Федерации и абзаца второго пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации отсутствует, а потому эти законоположения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявительницы.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать жалобу гражданки Петровой Светланы Николаевны не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявительницей вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области