1. Спасательные операции, имевшие полезный результат, дают право на вознаграждение.

2. Никакой платы в соответствии с правилами, установленными настоящей главой, не полагается, если спасательные операции не имели полезного результата, за исключением случая, предусмотренного статьей 129 настоящего Кодекса.




1. Пункт 1 комментируемой статьи закрепляет одно из древнейших юридических прав - право на вознаграждение при спасании имущества <194>. Причем всегда это право основывалось на принципе "без спасения нет вознаграждения".

--------------------------------

<194> См.: Бутакова Н.А., Иванова Т.Н. Спасание на море: международно-правовые проблемы // Право и экономика. 2017. N 7. С. 66 - 71.

Этот принцип фактически воплощен в положениях комментируемой статьи, где предусматривается, что право на вознаграждение за спасенное судно или другое имущество на внутренних водных путях в результате проведенной спасательной операции возникает лишь при наличии полезного результата. "Полезный результат" является нормативной оценочной категорией, выступающей важным условием реализации права на вознаграждение.

Полезность результата означает, что судно и другое имущество или его часть были реально спасены. Одновременно степень полезности результата определяется степенью успешности спасательной операции, которая была осуществлена спасателем.

Согласно сложившемуся в международном торговом мореплавании подходу, имплементированному в п. 2 комментируемой статьи, не дают права на оплату в соответствии с нормами о вознаграждении за спасание только услуги, оказанные вопреки прямому и разумному запрещению владельца находящегося в опасности судна или его капитана, владельца имущества, находящегося в опасности. При этом заключение письменного договора о спасании не является в международном торговом мореплавании единственным основанием выплаты вознаграждения спасателю. Отношения сторон могут быть выражены посредством конклюдентных действий. Однако право на вознаграждение и обязанность уплатить его зависят не от факта оказания услуг и согласия на них, а от достижения успеха (см. Определение Верховного Суда РФ от 9 октября 2014 г. по делу N 303-ЭС14-31, А51-1943/2011).

Расходы, произведенные в связи со спасением баржи, приведшие к полезному результату, подлежат возмещению даже при отсутствии заключенного договора о спасании. Для этого могут применяться нормы о неосновательном обогащении.

Пример: ОАО "Судостроительно-судоремонтный завод им. Бутякова С.Н." (далее - завод) согласился принять баржу N 3810 на межнавигационный отстой. Однако ввиду аварийного состояния баржи он сообщил ее владельцу об отказе в приемке баржи на отстой и вызвал полномочного представителя для решения вопросов по мероприятиям, связанным со спасанием баржи.

Владелец баржи не направил своего представителя. Комиссия, проводившая техническое обследование судна, с участием старшего эксперта Российского речного регистра установила, что судно находится в аварийном состоянии и требует принятия срочных мер по спасению от затопления путем интенсивной откачки воды и подъема на слип для дублирования или полной замены поврежденного корпуса и переборок, что было зафиксировано в акте осмотра баржи.

Завод провел мероприятия по откачке воды, в том числе с привлечением дополнительных судов; проведению подготовительных работ и аварийного спуска, подъема, установке дублеров на днище и корпус судна.

Весной в связи с таянием льдов в акватории реки Волга и вновь появившейся угрозой затопления баржи вновь встал вопрос о проведении спасательных мероприятий баржи в связи с угрозой ее затопления. Комиссия пришла к выводу, что судно находится в аварийном состоянии и требует принятия срочных мер по спасению от затопления путем интенсивной откачки воды. На этом основании завод провел мероприятия по откачке воды.

Полагая, что в результате действий, направленных на спасание судна и имевших полезный результат, имущество ответчика сохранено за счет завода, последний обратился с иском в арбитражный суд. Суд посчитал, что предъявленная к взысканию сумма расходов истца, связанных с проведением ремонта имущества ответчика, является неосновательным обогащением последнего и в силу ст. 1102, 1105 ГК подлежит возмещению за счет указанного лица.

При этом суд указал, что отсутствие договорных отношений о спасении судна между истцом и ответчиком (договор не был подписан со стороны ответчика) не может являться основанием для освобождения ответчика от оплаты выполненных аварийных работ, выразившихся в сбережении имущества ответчика (см. решение Арбитражного суда Нижегородской области от 22 марта 2013 г. по делу N А43-18507/2012).

2. Пункт 2 комментируемой статьи устанавливает правило, в соответствии с которым никакой платы за осуществление спасательной операции не полагается, если спасательная операция не имела полезного результата.

Данное правило является общепризнанным, регламентирующим отношения между спасателем и владельцем судна и другого имущества. В отличие от иных гражданско-правовых договоров об оказании услуг, право спасателя на вознаграждение за проведенную спасательную операцию ставится в прямую зависимость от достижения спасателем так называемого полезного результата.

В цивилистической науке справедливо отмечалось, что полезный результат в договоре о спасании необходимо отличать от результата по иному гражданско-правовому договору. Так, М.И. Брагинский и В.В. Витрянский считают, что при характеристике полезного результата "речь идет не об овеществленном результате, полученном в результате деятельности соответствующей стороны и подлежащем передаче контрагенту последней, как это имеет место в договорах о выполнении работ (например, подряд), а скорее об определенном эффекте оказанных спасателем услуг: предотвращение аварии судна, сбережение груза, спасение экипажа судна" <195>.

--------------------------------

<195> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Договоры о перевозке, буксировке, транспортной экспедиции и иных услугах в сфере транспорта. Книга 4. М.: Статут, 2003.

Приведенные положения свидетельствуют о том, что право спасателя на вознаграждение при отсутствии соответствующего полезного результата не может быть реализовано независимо от приложенных спасателем усилий в ходе проведения спасательной операции.

Из приведенного базового правила комментируемая норма предусматривает исключение - если спасатель осуществил спасательные операции по отношению к судну, которое само или его груз создавали угрозу причинения ущерба окружающей среде, и не смог заработать вознаграждение согласно положениям ст. 128 КВВТ (см. комментарий к ст. 128), то спасатель не утрачивает право на получение специальной компенсации, определяемой в соответствии с положениями ст. 129 КВВТ (см. комментарий к ст. 129).

3. В настоящее время судебной практики по спорам, вытекающим из определения условий вознаграждения за спасательные операции на внутренних водных путях, практически нет. При этом данные споры имеют идентичную природу и одинаковый порядок регулирования со спорами на морском транспорте.

В письме Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N С5-7/УЗ-661 "О Кодексе торгового мореплавания Российской Федерации", например, отмечается значимость условия полезности результата для возникновения права на вознаграждение.

Верховный Суд, анализируя судебную практику, указывает, что согласно подп. 1 п. 2 ст. 337 КТМ спасательной операцией является любое действие или любая деятельность, предпринимаемые для оказания помощи любому судну или другому имуществу, находящимся в опасности в судоходных водах или любых других водах (см. Анализ практики пересмотра Верховным Судом судебных актов Пятого арбитражного апелляционного суда во 2-м полугодии 2014 г.) <196>.

--------------------------------

<196> URL: http://5aas.arbitr.ru/node/14071 (дата обращения: 1 марта 2019 г.).

Факт отсутствия подписанного сторонами отдельного договора о спасательной операции сам по себе не исключает наличия между истцом и ответчиком правовых отношений в связи с осуществлением спасания.

Пример: ОАО "Дальневосточное морское пароходство" (далее - истец, пароходство) обратилось в арбитражный суд с исковыми требованиями о взыскании с ЗАО "Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация "РИМСКО" (далее - ответчик, корпорация) вознаграждения за спасательную операцию, проведенную в отношении судна ТР "Берег Надежды", и понесенных истцом расходов, связанных с проведением данной спасательной операции.

Рассмотрение дела дошло до Верховного Суда, установившего, что при вынесении судебных актов, вынесенных нижестоящими инстанциями, допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права.

ТР "Берег Надежды" находился в спорный период в коммерческом рейсе (в целях перегрузки и транспортировки рыбопродукции) и оказался в зоне тяжелой ледовой обстановки в Сахалинском заливе. Публичные власти Российской Федерации признали данную зону в спорный период времени зоной с тяжелыми ледовыми условиями, вызванными экстремальной погодной обстановкой, в связи с чем власти признали необходимым проведение спасательной операции.

Согласно подп. 1 п. 2 ст. 337 КТМ спасательной операцией является любое действие или любая деятельность, предпринимаемые для оказания помощи любому судну или другому имуществу, находящимся в опасности в судоходных водах или в любых других водах.

Отказывая в удовлетворении искового требования пароходства, суд первой инстанции посчитал, что вывод из ледового плена указанного судна в спорный период не носил характер спасательной операции в связи с недоказанностью наличия реальной опасности.

Однако в судебных актах по делу отражено и не отрицалось ответчиком, что ТР "Берег Надежды" самостоятельно зону бедствия покинуть не смог, данное судно вышло из зоны бедствия, воспользовавшись услугами спасателей (истца), которые предпринимали специальные усилия, направленные на вывод данного конкретного судна из зоны бедствия.

При таких обстоятельствах факт отсутствия подписания сторонами отдельного договора о спасательной операции сам по себе не исключает наличия между истцом и ответчиком правовых отношений в связи с осуществлением спасания, на что верно указывал суд апелляционной инстанции.

В силу ч. 1 ст. 12 Международной конвенции о спасении 1989 г. и в соответствии со ст. 341 КТМ спасательные операции, имевшие полезный результат, дают право на вознаграждение. Наличие полезного результата в виде вывода ТР "Берег Надежды" на чистую воду подтверждено материалами дела. ТР "Берег Надежды" покинул зону бедствия благодаря усилиям ледоколов истца. Следовательно, спасатель имеет право претендовать на получение вознаграждения за спасение указанного судна с ответственного за вознаграждение субъекта (см. Определение Верховного Суда РФ от 2 марта 2015 г. N 8270-ПЭК14 по делу N А51-1943/2011).

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области