См. Документы Федеральной налоговой службы Российской Федерации

МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНАЯ НАЛОГОВАЯ СЛУЖБА

ПИСЬМО
от 12 июля 2019 г. N КЧ-4-7/13613

Федеральная налоговая служба в целях учета при проведении мероприятий налогового контроля судебной практики и единообразного применения норм Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговой кодекс РФ) направляет обзор по спорам налоговых органов с лицами, осуществляющими деятельность в угольной промышленности и лесопромышленном комплексе.

По судебным делам с указанными хозяйствующими субъектами имеется общая категория споров, в которых налоговыми органами доказывается получение налогоплательщиками незаконной налоговой экономии.

Основная масса споров данной категории основана на предоставлении налоговыми органами доказательств отсутствия реальных хозяйственных операций с контрагентами проверяемого лица.

Примерами таких споров могут быть дела N А27-27091/2016 (Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2018 N 304-КГ18-3828), N А27 1222/2017 (Определение Верховного Суда РФ от 13.03.2018 N 304-КГ18-581), N А27 19753/2017 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.06.2018).

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой экономии, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 по делу N А40 71125/2015).

При этом состав доказательной базы по данной категории споров не претерпел изменения и после вступления в силу положений, внесенных Федеральным законом от 18.07.2017 N 163-ФЗ в часть первую Налогового кодекса РФ (статья 54.1 "Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов"), о чем свидетельствуют споры, в которых были применены положения статьи 54.1 Налогового кодекса РФ, например дело N А32-16243/2018 (Определение Верховного Суда РФ от 24.04.2019 N 308-ЭС19-7606).

Кроме того, имеют место группы споров налоговых органов с лицами, осуществляющими хозяйственные операции с углем, по которым налоговыми органами доказываются обстоятельства занижения налоговой базы ввиду неверного отражения в документации марки угля, а также попутно извлекаемых из недр полезных ископаемых; вопросы расчета нормативных потерь полезных ископаемых и применение коэффициентов; вопросы учета расходов по налогу на прибыль организаций, а также различные схемы, нацеленные на уклонение от уплаты налогов.

1. Судебная практика по спорам налоговых органов с лицами, осуществляющими хозяйственные операции в угольной промышленности.

В рамках дела N А27-27208/2017 (Определение Верховного Суда РФ от 11.02.2019 N 304-КГ18-24898) суды, отказывая обществу в удовлетворении требований пришли к выводу, что постановка запасов полезных ископаемых на государственный баланс, предоставление их в пользование для добычи полезных ископаемых недропользователям, а также списание запасов полезных ископаемых с государственного баланса производится только на основании заключений государственной экспертизы запасов полезных ископаемых, утверждаемых Роснедрами, при этом любое изменение или списание с государственного баланса осуществляется по данным геологоразведочных и добычных работ, а также по результатам переоценки запасов на основании заключения государственной экспертизы запасов полезных ископаемых.

Исходя из анализа таблицы 11 ГОСТ 25543-82 "Угли бурые, каменные и антрациты, Классификация по генетическим и технологическим параметрам", выкопировок из государственного баланса запасов полезных ископаемых и руководствуясь положениями статьи 342 Налогового кодекса РФ суды пришли к выводу, что на государственном балансе по участку недр налогоплательщика значится не уголь марки КСН, а иные марки угля, в том числе уголь каменный коксующийся особо ценной марки "КСН кокс" и который согласно норм Налогового кодекса РФ подлежит обложению по более высокой ставке налога на добычу полезных ископаемых, чем заявлено обществом.

В рамках дела N А27-14559/2017 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.12.2018) суды, руководствуясь положениями статей 146, 169, 171, 172, 247, 252 Налогового кодекса РФ, пришли к выводу, что налоговый орган не представил доказательства того, что в действительности общество реализовывало контрагентам уголь более дорогой марки, в связи с чем доначисления по налогу на прибыль организаций и налогу на добавленную стоимость признаны в данной части необоснованными. При этом судами учтено, что представленные обществом учетные данные об объемах добычи угля, в том числе по маркам угля последовательны и непротиворечивы, согласуются с геологическими данными о месторождении, подтверждены лабораторными анализами, в том числе и сертификатами качества, выданными независимой углехимической лабораторией, а также документами контрагентов, представленными в ходе встречной проверки налоговому органу.

По делу N А40-123049/2017 (Определение Верховного Суда РФ от 04.12.2018 N 305-КГ18-15816) суды, отказывая в удовлетворении требований о признании решений налогового органа недействительными, учитывали положения статьи 339, подпункта 1 пункта 1 статьи 342 и пункта 2 статьи 343 Налогового кодекса РФ и исходили из того, что налогоплательщик не подтвердил достоверность размера облагаемых налогом на добычу полезных ископаемых потерь по ставке 0 процентов применительно к каждому налоговому периоду.

Налогоплательщик определял размер фактических потерь (нормативные и сверхнормативные) как пропорцию общего объема фактических потерь, полученных в ходе отработки месторождений в 2013 году и объемам ежемесячной добычи, то есть не прямым, а расчетным методом.

Суды пришли к выводу, что это противоречит пунктам 1 - 3 статьи 339 Налогового кодекса РФ, а также принятой для целей налогообложения учетной политике общества.

Судами установлено, что налогоплательщик производил измерение и расчет фактических потерь ежемесячно на основании данных маркшейдерских замеров на начало и на конец месяца, применяя определенную инструкцией формулу расчета потерь (с учетом определения объема, содержащегося в добытой руде железа), но не учитывал полученные результаты в качестве фактических потерь в уточненных декларациях.

Также суды отметили, что нормами статей 339, 342 Налогового кодекса РФ не предусмотрена возможность определения фактических потерь за месяц путем пропорционального распределения годового фактического объема потерь пропорционально ежемесячным объемам добычи полезного ископаемого.

В судебных актах по делу N А40-133431/2016 (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.09.2017 N 305-КГ17-12733) суды пришли к выводу, что налоговым периодом по налогу на добычу полезных ископаемых признается календарный месяц, ввиду чего налоговая база также должна быть рассчитана за каждый месяц, тогда как потери, отраженные обществом в декабре и превышающие установленные нормативы, рассматриваются как сверхнормативные и подлежат налогообложению по общеустановленной ставке.

При этом по делу N А40-83172/2015 (Определение Верховного Суда РФ от 14.10.2016 N 305 КГ16-13218) суды, руководствуясь положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 336, пунктов 2, 3, 7 статьи 339, статей 341, 343 Налогового кодекса РФ, пришли к выводу, что действия общества по расчету нормативных потерь исходя из добытого полезного ископаемого за квартал также противоречат нормам действующего законодательства.

По делу N А78-8453/2015 (Определение Верховного Суда РФ от 14.06.2017 N 302-КГ17-6659), отказывая в удовлетворении заявленных требований по эпизоду, связанному с применением коэффициента Кт, суды указали, что в целях налогообложения добытого полезного ископаемого налогом на добычу полезного ископаемого, с учетом положений пункта 3 статьи 343.1 Налогового кодекса РФ и пункта 7 Правил, утвержденных постановлением Правительства РФ от 10.06.2011 N 462, для определения размера коэффициента Кт необходимо руководствоваться технической документацией в той ее части, которая относится к описанию угля и угольных пластов.

По результатам исследования имеющихся в материалах дела доказательств суды пришли к выводам о недоказанности обществом правомерности применения в спорном налоговом периоде коэффициента Кт, равного 0,3, и обоснованного доначисления инспекцией налога на добычу полезных ископаемых.

В рамках споров об учете налогоплательщиками сырья и материалов в составе косвенных либо прямых расходов в целях исчисления налога на прибыль организаций суды исходят из наличия в учетной политике экономического обоснования отнесения расходов к косвенным.

Например по делу N А27-24958/2015 (Определение Верховного Суда РФ от 21.03.2017 N 304-КГ17-2218), суды согласились с выводом инспекции о неправомерном учете обществом в составе косвенных расходов стоимости сырья и материалов, использованных при производстве основного вида продукции - угольного концентрата, которые фактически относятся к прямым расходам, так как налогоплательщик неправомерно сузил приведенный в пункте 1 статьи 318 Налогового кодекса РФ перечень прямых расходов, исключив из состава прямых расходов в целях налогообложения прибыли затраты по приобретению реагентов, непосредственно участвующих в процессе добычи (обогащения) угля, без какого-либо экономического обоснования.

По делу N А27-10958/2015 (Определение Верховного Суда РФ от 13.09.2016 N 304-КГ16-11024) суды пришли к выводу, что отсутствие прямого указания в статье 318 Налогового кодекса РФ на спорные затраты в перечне прямых расходов не свидетельствует о том, что они не могут относиться к прямым расходам, поскольку перечень прямых расходов является открытым. Привлечение подрядной организации для целей добычи угля, когда добыча полностью осуществляется ею, не дает право налогоплательщику не учитывать расходы по добыче угля в составе прямых расходов.

При определении амортизационной группы сооружений, не поименованных в Постановлении Правительства РФ от 01.01.2002 N 1 "О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы" суды приходят к выводу, что их отнесение в амортизационную группу осуществляется, исходя из срока полезного использования, определяемого технической документацией.

Например, по делу N А27-8143/2017 (Определение Верховного Суда РФ от 16.07.2018 N 304-КГ18-9290) суды установили, что проектной документацией на разработку Ольжернского месторождения, представленной в суд, определен срок службы спорных объектов основных средств не менее 22 лет, что соответствует восьмой амортизационной группе, следовательно, при исчислении налога на прибыль организаций общество неправомерно включило в состав расходов 30 процентов от суммы вложений в приобретение данного имущества. При принятии судебных актов суды руководствовались положениями статей 247, 256, 258 Налогового кодекса РФ, а также Классификацией основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 N 1.

В рамках дела N А27-16964/2017 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.08.2018) суды трех инстанций признали соответствующими критериям статьи 252 Налогового кодекса РФ (документально подтверждены, фактически понесены, являются обоснованными) расходы на горноспасательное обслуживание.

По делу N А27-25564/2015 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.03.2017) суды пришли к выводу о том, что при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций не учитываются штрафы и иные санкции, перечисляемые в бюджет, а также штрафы и другие санкции, взимаемые государственными организациями, которым законодательством Российской Федерации предоставлено право наложения указанных санкций, так как такие суммы не могут отвечать критериям подпункта 13 пункта 1 статьи 265 Налогового кодекса РФ.

По делу N А27-6264/2016 (Определение Верховного Суда РФ от 03.04.2017 N 304 КГ17-1920) налоговым органом доказано неправомерное занижение доходов от реализации в результате невключения выручки от реализации угля и занижение налоговой базы по налогу на добавленную стоимость. Суды, установив, что между обществом и контрагентом был заключен договор на оказание услуг планово-регулярного вывоза отходов (порода и горная масса), указали на наличие схемы по перевозке угля с последующей реализацией в адрес третьего лица и с привлечением грузоперевозчика. Списанный с добычи уголь при прохождении подготовительных выработок общества является добытым рядовым углем - сырьем для последующего включения данного угля в количество извлеченных и погашенных запасов угля, и должен был быть включен в реализацию угольной продукции напрямую третьему лицу без участия в схеме спорного грузоперевозчика. Учитывая данные обстоятельства и руководствуясь положениями статей 153, 247, 252, 254 Налогового кодекса РФ суды пришли к выводу о законности оспариваемого ненормативного акта налогового органа.

Судами по делу N А27-9477/2014 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.02.2019) удовлетворено требование налогоплательщика, поскольку по результатам проведения судебной экспертизы установлено, что примененные по спорным внешнеторговым контрактам цены не отклоняются от рыночной цены однородных товаров в сторону понижения или повышения на величину более 20 процентов, в связи с чем положения статьи 40 Налогового кодекса РФ применены налоговым органом необоснованно.

Также признано частично недействительным решение налогового органа по делу N А27-27787/2017 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 07.11.2018). Налоговый орган, руководствуясь положениями статьи 247, подпункта 1 пункта 1 статьи 248, пункта 1 статьи 249, подпункта 1 пункта 1 статьи 146, пункта 2 статьи 153, пункта 1 статьи 154 Налогового кодекса РФ, указывал на занижение обществом полученных доходов и завышение убытков в связи с занижением объемов выполненных работ по добыче угля. Однако суды пришли к выводу, что налоговые обязательства определены без учета фактических отношений сторон и реальных экономических результатов деятельности, учет попутного угля и угля из лавы велся по соответствующим формам, рыночность примененных по сделкам цен налоговым органом не проверялась.

По делу N А27-24088/2015 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.09.2016) суды, удовлетворяя заявленные налогоплательщиком требования, руководствовались положениями статей 39, 105.3, 146, 154, 164, 167 Налогового кодекса РФ, постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 N 33, а также установленным фактом отсутствия поставки, в связи с чем пришли к выводу, что перечисление спорной денежной суммы не является предоплатой от покупателя, следовательно, момент определения налоговой базы не наступил.

Суды отметили, что в отсутствие поставки угля по агентскому договору передаваемые контрагентом в адрес общества денежные средства не являются доходом, полученным от реализации товара покупателю, а имеют характер заемных денежных средств, которые не подлежат налогообложению налогом на добавленную стоимость. Различия в договоре займа и договоре коммерческого кредита не влияют на правильность квалификации переданных денежных средств в качестве заемных.

2. Судебная практика по спорам налоговых органов с лицами, осуществляющими хозяйственные операции с лесопродукцией.

Споры с указанными хозяйствующими субъектами зачастую связаны с применением налогоплательщиками схем "дробления бизнеса".

По данной категории споров суды исходят из того, что на налоговом органе лежит обязанность по представлению доказательств осуществления одного совместного вида деятельности проверяемым лицом с иными хозяйствующими субъектами. При этом налоговый орган должен представить доказательства того, что разделение бизнеса было формальным и произведено исключительно для сохранения права на применение специального налогового режима. В случаях, когда разделение видов деятельности имеет экономическое обоснование и не имеет противоправного характера, а хозяйствующие субъекты самостоятельно ведут деятельность, выполняют свои налоговые обязательства перед бюджетом, ведут учет своих доходов, суды удовлетворяют требования налогоплательщиков о признании ненормативного акта налогового органа незаконным.

Примером таких выводов можно сделать Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.11.2017 по делу N А05-7545/2016.

По делу N А60-43809/2012 (Постановление Федерально Арбитражного суда Уральского округа от 08.08.2013) требование налогоплательщика удовлетворено, так как им осуществлялась заготовка леса, созданным обществом - переработка.

При этом состав доказательной базы по данной категории споров остается неизменным и после вступления в силу положений статьи 54.1 Налогового кодекса РФ.

Кроме того, имеют место группы споров налоговых органов с хозяйствующими субъектами рассматриваемой категории, по которым налоговыми органами доказываются различные схемы, нацеленные на уклонение от уплаты налогов, обстоятельства необоснованного учета расходов по налогу на прибыль организаций.

По делу N А28-5635/2016 (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 03.07.2017) судами установлено, что налоговый орган доначислил налогоплательщику налог на добавленную стоимость, налог на прибыль, пени и штраф, установив, что он минимизировал налоги путем заключения договоров с взаимозависимыми лицами, применяющими упрощенную систему налогообложения.

Руководствуясь положениями пунктов 1, 7 статьи 105.1, пункта 4 статьи 164, пункта 1 статьи 168, пункта 1 статьи 169, пунктов 1, 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172, статьи 247, пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ, учитывая правовые позиции, изложенные в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 N 329-О, суды пришли к выводу о законности решения налогового органа, поскольку факт получения налогоплательщиком незаконной налоговой экономии установлен.

По делу N А04 918/2012 (Постановление Федерального Арбитражного суда Дальневосточного округа от 18.09.2013) суды, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 252, подпункта 1 пункта 2 статьи 171, статей 171 и 172 Налогового кодекса РФ, поддержали выводы налогового органа о создании обществом схемы с целью получения незаконной налоговой экономии. Суды пришли к выводу об отсутствии у общества намерений создать правовые последствия сделок, отсутствии их разумной деловой цели и экономического обоснования, поскольку общество не осуществляло деятельность по переработке леса с помощью имущества, приобретенного по договорам финансовой аренды (лизинга).

По делу N А43-29348/2014 (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.06.2016) доначисления налогоплательщику налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, признаны обоснованными, поскольку заключенные налогоплательщиком и контрагентом контракты не являются договорами комиссии; установлено, что налогоплательщик перепродавал приобретенный им товар, самостоятельно формируя цену на него. При принятии судебных актов суды руководствовались положениями статьи 249, подпункта 9 пункта 1 статьи 251, пункта 1 статьи 346.12, статьями 346.14, 346.15 и 346.18 Налогового кодекса РФ.

По делу N А03-15935/2011 (Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 31.01.2013 N ВАС-95/13) арбитражные суды, руководствуясь положениями статей 164, 165, 169, 171, 172, 173 Налогового кодекса РФ, пришли к выводу об отсутствии у общества права на применение по налогу на добавленную стоимость ставки 0 процентов по операциям реализации товара на экспорт, так как общество к экспортным операциям не причастно, им создан формальный документооборот по оформлению экспортируемого товара как вывезенного не собственником, а комиссионером по поручению комитента, с целью необоснованного возмещения налога на добавленную стоимость через комитента.

На основании представленных налоговым органом доказательств, подтверждающих отсутствие реальных хозяйственных операций по поставке лесопродукции в адрес общества и в дальнейшем - на экспорт, а также документально подтвержденных выводов налогового органа об имеющихся противоречиях в представленных обществом первичных документах, на основании которых заявлен налоговый вычет, арбитражные суды пришли к выводу о том, что право на применение ставки 0 процентов по операциям реализации такого товара на экспорт, а также право на возмещение заявленных налоговых вычетов у налогоплательщика отсутствует.

В рамках дела N А05-15538/2017 (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.09.2018) судами рассмотрен вопрос распределения налогоплательщиком налоговых вычетов по "входному" налогу на добавленную стоимость при реализации лесопродукции на внутреннем рынке и на экспорт.

Требование налогоплательщика удовлетворено, поскольку нарушение вызвано неверным заполнением обществом книги покупок, нарушение устранено; в расчете налогового органа ошибочно не учтены особенности распределения обществом налога на добавленную стоимость между внутренним рынком и экспортом, а также возможность заявления вычетов по экспортным операциям после подтверждения обоснованности применения ставки 0 процентов (статья 165 Налогового кодекса РФ).

Судами по делу N А26-10184/2016 (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.10.2017) установлено, что обществу доначислен налог на прибыль организаций в связи с включением в состав внереализационных расходов затрат на выплату бонуса (премии) поставщику в отсутствие экономической целесообразности.

Требование общества было удовлетворено на основании подпункта 19.1 пункта 1 статьи 265 Налогового кодекса РФ и в силу того, что его деятельность напрямую зависела от результатов работы поставщиков древесного сырья; стимулирование спорного контрагента как основного поставщика лесоматериалов и долгосрочного партнера требовалось для обеспечения уровня безубыточности общества и дальнейшего развития производства.

По делу N А69-1523/2017 (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 01.03.2018) судами установлено, что основанием для вынесения налоговым органом решения о привлечении налогоплательщика к ответственности послужил вывод налогового органа о том, что предприниматель неправомерно не учел в составе доходов в целях исчисления налога по упрощенной системе налогообложения денежные средства, фактически поступившие не от деятельности по оказанию бытовых услуг, осуществляемой на основании патента, а от предпринимателей за поставленные товары.

Руководствуясь положениями пункта 1 статьи 11, подпункта 3 пункта 2 статьи 45, абзаца 7 статьи 346.27, пунктов 1, 2, 8 статьи 346.43 Налогового кодекса РФ, статей 506, 702 - 730 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, изложенные в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" суды отказали в удовлетворении требования налогоплательщика, поскольку спорные доходы являются доходами предпринимателя от реализации товаров, они подлежат включению в налоговую базу по упрощенной системе налогообложения, их отнесение к деятельности по патентной системе налогообложения является ошибочным.

Управлениям Федеральной налоговой службы по субъектам Российской Федерации довести вышеприведенную судебную практику до нижестоящих налоговых органов.

Государственный советник
Российской Федерации
2 класса
К.Н.ЧЕКМЫШЕВ

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области