КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 ноября 2013 г. N 1883-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНИНА СОЛОВЬЕВА ЮРИЯ ФЕДОРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ
ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 455
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Ю.Ф. Соловьева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Гражданин Ю.Ф. Соловьев был осужден за совершение преступлений, предусмотренных пунктами "а", "з" части второй статьи 105 и пунктами "б", "в" части третьей статьи 162 УК Российской Федерации, приговором Московского областного суда от 31 января 2013 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2013 года. При рассмотрении данного уголовного дела в суде первой инстанции были оглашены показания свидетелей, проживающих в США и Великобритании, полученные за пределами Российской Федерации на основании Договора между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о взаимной правовой помощи по уголовным делам, подписанного в городе Москве 17 июня 1999 года.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Ю.Ф. Соловьев оспаривает конституционность статьи 455 "Юридическая сила доказательств, полученных на территории иностранного государства" УПК Российской Федерации в той мере, в какой данная норма, по мнению заявителя, ограничивает право обвиняемого на защиту, лишая его возможности реализовать право допрашивать показывающих против него свидетелей, находящихся за рубежом, чьи показания были получены на основании договора об оказании правовой помощи по уголовным делам и оглашены в судебном заседании, или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, а также право на вызов и допрос свидетелей в пользу обвиняемого на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него. Как полагает заявитель, оспариваемая норма нарушает его права, гарантируемые статьями 15 (часть 4), 18, 19 (части 1 и 2) и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Ю.Ф. Соловьевым материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.

2.1. Конституция Российской Федерации устанавливает, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы; если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора (статья 15, часть 4); в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1).

Нормы международного права, в том числе содержащиеся в конвенциях, участницей которых является Российская Федерация, закрепляют правила оказания государствами - сторонами соответствующих соглашений взаимной правовой помощи. Так, стороны оказывают друг другу самую полную взаимную правовую помощь в связи с уголовными расследованиями, следственными действиями, включая содействие в получении имеющихся в их распоряжении доказательств, которые необходимы для разбирательства (пункт 1 статьи 13 Международной конвенции о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников от 4 декабря 1989 года, пункт 1 статьи 12 Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма от 9 декабря 1999 года, пункт 1 статьи 14 Международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма от 13 апреля 2005 года, пункт 1 статьи 17 Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма от 16 мая 2005 года и пункт 1 статьи 14 Международной конвенции для защиты всех лиц от насильственных исчезновений от 20 декабря 2006 года). Запрашиваемая сторона выполняет в порядке, установленном ее законодательством, любые поручения, касающиеся уголовных дел и направленные ей юридическими органами запрашивающей стороны в целях получения свидетельских показаний или передачи вещественных доказательств, материалов или документов; если запрашивающая сторона желает, чтобы свидетели и эксперты дали показания под присягой, то она специально об этом просит, а запрашиваемая сторона выполняет эту просьбу, если только ее законодательство не запрещает этого; запрашиваемая сторона может передать заверенные копии или заверенные фотокопии запрашиваемых материалов или документов, если только запрашивающая сторона специально не просит о направлении ей оригиналов, в последнем случае запрашиваемая сторона прилагает все усилия для выполнения просьбы (статья 3 Европейской конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20 апреля 1959 года). Документы, направляемые в соответствии с конвенцией, освобождаются от всех формальностей по их легализации; документы, которые на территории одной из сторон выданы или засвидетельствованы компетентным органом либо специально на то уполномоченным лицом в пределах его компетенции и по установленной форме, а также скреплены гербовой печатью, принимаются на территориях всех других сторон без какого-либо специального удостоверения; документы, которые на территории одной из сторон рассматриваются как официальные документы, имеют на территориях других сторон доказательную силу официальных документов (статья 13 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенной в городе Минске 22 января 1993 года, и статья 21 Конвенции Шанхайской организации сотрудничества против терроризма от 16 июня 2009 года). Доказательства, полученные в запрашиваемой стороне в результате исполнения поручения в соответствии с ее законодательством, имеют такое же доказательственное значение и в запрашивающей стороне (статья 65 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенной в городе Кишиневе 7 октября 2002 года).

2.2. Положениям международно-правовых актов корреспондируют нормы статьи 455 УПК Российской Федерации, согласно которой доказательства, полученные на территории иностранного государства его должностными лицами в ходе исполнения ими поручений об оказании правовой помощи по уголовным делам или направленные в Российскую Федерацию в приложении к поручению об осуществлении уголовного преследования в соответствии с международными договорами Российской Федерации, международными соглашениями или на основе принципа взаимности, заверенные и переданные в установленном порядке, пользуются такой же юридической силой, как если бы они были получены на территории Российской Федерации в полном соответствии с требованиями данного Кодекса.

Приведенные нормы не предполагают, что доказательства, полученные на территории иностранного государства, могут быть использованы в ходе производства по уголовным делам на территории Российской Федерации в противоречии с международно-правовыми обязательствами Российской Федерации, а также общепризнанными принципами и нормами международного права, касающимися прав и свобод человека и гражданина.

По смыслу статьи 455 УПК Российской Федерации - с учетом положений данного Кодекса, закрепляющих принципы уголовного судопроизводства и общие правила доказывания, в том числе предусмотренных его статьями 15, 16, 17, 85, 87 и 88, - доказательства, полученные на территории иностранного государства, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами с соблюдением всех гарантий равноправия сторон, состязательности процесса, свободы оценки доказательств. В частности, оглашение показаний свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, допускается в случае неявки свидетеля при наличии согласия сторон (часть первая статьи 281 УПК Российской Федерации), что обеспечивает право обвиняемого на защиту.

2.3. В соответствии с подпунктом "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и подпунктом "е" пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах каждый обвиняемый в преступлении имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, а также право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него.

В своей правоприменительной практике Европейский Суд по правам человека исходит из того, что само по себе оглашение письменных показаний в суде не может считаться несовместимым со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, когда их использование как средства доказывания имело место при соблюдении права на защиту. При этом допустимость доказательств зависит от норм внутреннего права, и, как правило, задача именно национальных судов - оценивать представленные им доказательства. Главный же вопрос состоит в том, является ли судебное разбирательство в целом, включая способ доказывания, справедливым. Подпункт "d" пункта 3 указанной статьи требует проведения перекрестного допроса давших письменные показания лиц только в случаях, когда такие показания играют существенную или решающую роль в установлении виновности, а также в случае, когда обвиняемый, за которым данной нормой признается право "допрашивать или заставить допросить" свидетелей обвинения, не имел возможности на предшествующих стадиях судебного разбирательства задать вопросы лицам, чьи показания оглашались в судебном заседании (постановление от 24 ноября 1986 года по делу "Унтерпертингер (Unterpertinger) против Австрии", решение от 4 июля 2000 года о приемлемости жалобы "Кок (Kok) против Нидерландов").

Как следует из копии протокола судебного заседания по уголовному делу в отношении Ю.Ф. Соловьева, приложенной к его жалобе, показания свидетелей, проживающих в США и Великобритании, были получены компетентными сотрудниками полиции и Федерального бюро расследований с участием представителей Следственного комитета Российской Федерации, переводчиков, адвокатов и секретарей суда, заверены нотариально; перед началом допроса свидетели были приведены к присяге и предупреждены о том, что за дачу ложных показаний они понесут наказание в соответствии с законом. В ходе судебного разбирательства данного уголовного дела российским судом участники процесса со стороны защиты, в том числе подсудимый, не возражали против оглашения в судебном заседании протоколов фиксации (стенографических отчетов) показаний свидетелей, проживающих за пределами Российской Федерации, и не заявляли ходатайств о признании их недопустимыми доказательствами.

Таким образом, оспариваемая в жалобе Ю.Ф. Соловьева статья 455 УПК Российской Федерации не может расцениваться как нарушающая конституционные права и свободы заявителя в его конкретном деле и в указанном им аспекте.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Соловьева Юрия Федоровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области