КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 декабря 2015 г. N 2736-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНИНА КОРОТИНА АЛЕКСЕЯ ГЕННАДЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ
ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ АБЗАЦЕМ ШЕСТЫМ СТАТЬИ 4
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ
СТРАХОВАНИИ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ, ГРАЖДАН,
ПРИЗВАННЫХ НА ВОЕННЫЕ СБОРЫ, ЛИЦ РЯДОВОГО И НАЧАЛЬСТВУЮЩЕГО
СОСТАВА ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,
ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОТИВОПОЖАРНОЙ СЛУЖБЫ, ОРГАНОВ ПО КОНТРОЛЮ
ЗА ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ И ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ,
СОТРУДНИКОВ УЧРЕЖДЕНИЙ И ОРГАНОВ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ
СИСТЕМЫ" ВО ВЗАИМОСВЯЗИ С ПОЛОЖЕНИЕМ РАЗДЕЛА I ПЕРЕЧНЯ
УВЕЧИЙ (РАНЕНИЙ, ТРАВМ, КОНТУЗИЙ), ОТНОСЯЩИХСЯ К ТЯЖЕЛЫМ
ИЛИ ЛЕГКИМ, ПРИ НАЛИЧИИ КОТОРЫХ ПРИНИМАЕТСЯ РЕШЕНИЕ
О НАСТУПЛЕНИИ СТРАХОВОГО СЛУЧАЯ У ЗАСТРАХОВАННЫХ
ПО ОБЯЗАТЕЛЬНОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СТРАХОВАНИЮ ЖИЗНИ
И ЗДОРОВЬЯ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ, ГРАЖДАН, ПРИЗВАННЫХ НА ВОЕННЫЕ
СБОРЫ, ЛИЦ РЯДОВОГО И НАЧАЛЬСТВУЮЩЕГО СОСТАВА ОРГАНОВ
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ГОСУДАРСТВЕННОЙ
ПРОТИВОПОЖАРНОЙ СЛУЖБЫ, ОРГАНОВ ПО КОНТРОЛЮ ЗА ОБОРОТОМ
НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ И ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, СОТРУДНИКОВ
УЧРЕЖДЕНИЙ И ОРГАНОВ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи С.П. Маврина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина А.Г. Коротина,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.Г. Коротин оспаривает конституционность следующих нормативных положений:

абзаца шестого статьи 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы" (в тексте жалобы упомянутый абзац именуется четвертым и приводится в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 2 июля 2013 года N 165-ФЗ; именно в этой редакции оспариваемое законоположение и было применено в деле заявителя судом первой инстанции); в силу названного законоположения к числу страховых случаев по данному виду страхования относится получение застрахованным лицом увечья (ранения, травмы, контузии) в период прохождения военной службы, иных указанных видов службы или военных сборов;

раздела I Перечня увечий (ранений, травм, контузий), относящихся к тяжелым или легким, при наличии которых принимается решение о наступлении страхового случая у застрахованных по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июля 1998 года N 855 (далее - Перечень увечий); данный раздел относит к тяжелым увечьям, в частности, ранения, которые были получены при исполнении служебных обязанностей лицами из числа медицинского персонала, проходящими военную службу, иные указанные виды службы или военные сборы, и повлекли за собой заражение ВИЧ-инфекцией или заболевание вирусным гепатитом.

Как следует из представленных материалов, А.Г. Коротин проходил службу в органах внутренних дел в должности следователя следственного управления при Управлении внутренних дел по Великому Новгороду. 13 сентября 2010 года во время дежурства при осмотре автомобиля задержанного лица заявитель получил ранение - прокол кожи на руке использованным шприцем, упакованным в конверт. О произошедшем А.Г. Коротин сообщил руководителю подразделения, в котором он проходил службу. 20 сентября 2010 года заявитель подал рапорт об увольнении по собственному желанию, отказавшись от прохождения военно-врачебной комиссии, и 1 октября 2010 года был уволен из органов внутренних дел по основанию, предусмотренному пунктом "а" части шестой статьи 19 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 года N 1026-1 "О милиции" (по собственному желанию).

4 октября 2010 года заявитель получил результаты медицинских анализов, из которых следовало, что он инфицирован вирусом гепатита C, после чего был вынужден пройти длительное лечение. 4 апреля 2011 года А.Г. Коротин обратился по последнему месту службы с заявлением о направлении его документов на военно-врачебную комиссию.

По результатам служебной проверки, проведенной следственным управлением при Управлении внутренних дел по Новгородской области в апреле 2011 года, установлено, что факт получения А.Г. Коротиным указанного заболевания следует считать связанным с исполнением служебных обязанностей. В соответствии с заключением Военно-врачебной комиссии Медико-санитарной части Управления внутренних дел по Новгородской области от 9 июня 2011 года заболевание "острый гепатит C, инапарантная форма" получено А.Г. Коротиным в период службы.

20 ноября 2013 года А.Г. Коротин обратился в федеральное казенное учреждение здравоохранения "Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новгородской области" с заявлением о выдаче справки военно-врачебной комиссии о тяжести увечья, полученного им в период службы в органах внутренних дел, поскольку данный документ был необходим для получения страховой суммы по обязательному государственному страхованию, предусмотренному Федеральным законом "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы". Однако в выдаче такой справки заявителю было отказано со ссылкой на раздел I Перечня увечий, относящий к тяжелым увечьям только те ранения, повлекшие заболевание вирусным гепатитом, которые получены при исполнении служебных обязанностей медицинским персоналом; А.Г. Коротин же в период службы в органах внутренних дел к категории медицинского персонала не относился.

Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 27 августа 2014 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда от 14 января 2015 года, А.Г. Коротину отказано в удовлетворении требований к федеральному казенному учреждению здравоохранения "Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новгородской области", Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новгородской области и страховым организациям об обязании совершить определенные действия и о выплате страховой суммы в связи с увечьем (заболеванием), полученным заявителем в период прохождения службы в органах внутренних дел. Как следует из указанных судебных актов, полученное А.Г. Коротиным увечье (заболевание) не включено в Перечень увечий, в связи с чем не является страховым случаем. В передаче кассационных жалоб заявителя для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации также отказано (определение судьи Новгородского областного суда от 16 апреля 2015 года и определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 года).

По мнению А.Г. Коротина, оспариваемые им нормативные положения в их взаимосвязи не соответствуют статьям 2, 7, 37 (части 1 и 3), 41 (часть 1), 45 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку ставят реализацию права на получение страхового обеспечения по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья в зависимость от вида трудовой деятельности и профессиональной принадлежности застрахованного.

2. По смыслу статьи 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 32 (часть 4), 72 (пункт "б" части 1) и 114 (пункт "е" части 1), служба в органах внутренних дел Российской Федерации, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах. Лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним.

Поскольку обязанности, возлагаемые на лиц, которые проходят службу в органах внутренних дел, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, государство - в силу статей 1 (часть 1), 2, 7, 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1) и 71 (пункт "в") Конституции Российской Федерации - обязано, в свою очередь, гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы. При этом выбор правовых средств, направленных на возмещение такого рода вреда, относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя на основании статьи 76 Конституции Российской Федерации соответствующее правовое регулирование, обязан предусматривать эффективные гарантии реализации прав сотрудников органов внутренних дел, адекватные правовой природе и целям возмещения вреда, причиненного их жизни и здоровью, а также характеру возникающих между ними и государством правоотношений (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2010 года N 18-П и от 10 февраля 2015 года N 1-П).

Реализуя указанную конституционную обязанность государства, федеральный законодатель, действовавший в рамках дискреционных полномочий, установил для сотрудников органов внутренних дел обязательное государственное страхование жизни и здоровья, определив условия и порядок его осуществления в Федеральном законе "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы".

Само по себе обязательное государственное страхование жизни и здоровья сотрудников органов внутренних дел, как ранее указывал Конституционный Суд Российской Федерации, устанавливается в целях обеспечения социальных интересов данной категории граждан и интересов государства (пункт 1 статьи 969 ГК Российской Федерации) и является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, который может быть причинен жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы. Тем самым в конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, полагающееся лицам, проходящим службу в органах внутренних дел, в соответствии с названным Федеральным законом, - наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов (статья 1084 ГК Российской Федерации, статья 43 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции" и др.), - входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред. Соответственно, именно посредством обязательного государственного страхования жизни и здоровья, предполагающего выплату сотрудникам органов внутренних дел при наступлении страховых случаев соответствующих страховых сумм (статьи 4 и 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ), обеспечивается право указанных лиц на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, их право на охрану здоровья, защита имущественных прав (статья 7, часть 2; статья 37, части 1 и 3; статья 35, часть 1; статья 41, часть 1, Конституции Российской Федерации), а также осуществляется гарантируемое статьей 39 Конституции Российской Федерации социальное обеспечение граждан в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (Постановление от 26 декабря 2002 года N 17-П).

3. В соответствии с Федеральным законом "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы" основанием выплаты выгодоприобретателям по данному виду страхования страховой суммы является наступление страхового случая, которым, в частности, является получение застрахованным лицом в период прохождения службы увечья (ранения, травмы, контузии) (абзац шестой статьи 4); в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 2 июля 2013 года N 165-ФЗ, соответствующее законоположение предусматривало отнесение к числу страховых случаев получение застрахованным лицом в период прохождения службы тяжелого или легкого увечья (ранения, травмы, контузии) (абзац четвертый той же статьи).

Определение степени тяжести увечий (ранений, травм, контузий) застрахованных лиц осуществляется медицинскими организациями федеральных органов исполнительной власти, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрена соответствующая служба, а перечень увечий (ранений, травм, контузий), относящихся к тяжелым или легким, определяется Правительством Российской Федерации (абзацы второй и третий пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ).

Реализуя делегированное ему полномочие, Правительство Российской Федерации постановлением от 29 июля 1998 года N 855 утвердило Перечень увечий, в соответствии с разделом I которого к числу тяжелых увечий (ранений, травм, контузий), опасных для жизни или здоровья, способных вызвать умеренные или значительные нарушения функции поврежденного органа, системы, относятся, в частности, ранения, полученные медицинским персоналом при исполнении служебных обязанностей, повлекшие заражение ВИЧ-инфекцией или заболевание вирусным гепатитом.

Таким образом, по смыслу абзаца шестого статьи 4 Федерального закона "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы" (абзаца четвертого той же статьи в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 2 июля 2013 года N 165-ФЗ) во взаимосвязи с разделом I Перечня увечий, страховым случаем по данному виду страхования является, в числе прочего, получение сотрудником органов внутренних дел, относящимся к категории медицинского персонала, при исполнении служебных обязанностей ранения, повлекшего заражение ВИЧ-инфекцией или заболевание вирусным гепатитом.

Приведенное правовое регулирование учитывает как специфику профессиональной деятельности лиц, жизнь и здоровье которых подлежат обязательному государственному страхованию, так и сопряженные с осуществлением соответствующей деятельности риски, обусловливающие необходимость данного вида страхования.

4. Согласно пункту 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование; событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Для лиц, относящихся к категории медицинского персонала, проходящих службу в том числе в органах внутренних дел, риск получения при исполнении служебных обязанностей ранения, которое может повлечь за собой заражение ВИЧ-инфекцией или заболевание вирусным гепатитом, носит профессиональный характер и обладает названными признаками страхового риска, что, в свою очередь, обусловливает отнесение полученных указанными лицами ранений, повлекших заражение ВИЧ-инфекцией или заболевание вирусным гепатитом, к числу увечий, являющихся страховыми случаями по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы.

Учитывая, что сотрудники органов внутренних дел, не относящиеся к категории медицинского персонала, осуществляют функции по обеспечению общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, риск получения ими при исполнении служебных обязанностей такого ранения, которое может повлечь за собой заражение ВИЧ-инфекцией или заболевание вирусным гепатитом, не носит профессионально обусловленного характера и не обладает всеми необходимыми признаками страхового риска для целей обязательного государственного страхования жизни и здоровья, предусмотренного Федеральным законом "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы".

Если же развитие названных заболеваний, полученных вследствие ранения при исполнении служебных обязанностей, приведет к установлению сотрудникам органов внутренних дел, не относящимся к медицинскому персоналу, в период прохождения ими службы или до истечения одного года после увольнения со службы инвалидности, обусловливающей ограничение жизнедеятельности, включая полную или частичную утрату способности заниматься трудовой деятельностью, то, в силу абзацев четвертого и пятого статьи 4 данного Федерального закона, признание их инвалидами может рассматриваться в качестве страхового случая, дающего право на получение соответствующих страховых сумм по данному виду страхования.

Таким образом, оспариваемое А.Г. Коротиным правовое регулирование не может расцениваться как нарушающее его конституционные права в указанном в жалобе аспекте.

Разрешение же поставленного заявителем вопроса связано с отнесением ранений, которые были получены сотрудниками органов внутренних дел, не относящимися к категории медицинского персонала, при исполнении ими служебных обязанностей и повлекли за собой заболевание вирусным гепатитом, к числу страховых случаев при осуществлении обязательного государственного страхования жизни и здоровья, что не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Коротина Алексея Геннадьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области