См. Документы Министерства транспорта Российской Федерации

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 октября 2019 г. N АПЛ19-347

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Манохиной Г.В.,

членов коллегии Зайцева В.Ю., Ксенофонтовой Н.А.,

при секретаре Г.,

с участием прокурора Масаловой Л.Ф.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Межрегионального профсоюза железнодорожников, М. о признании недействующим абзаца второго пункта 7 Особенностей режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников железнодорожного транспорта общего пользования, работа которых непосредственно связана с движением поездов, утвержденных приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 9 марта 2016 г. N 44,

по апелляционной жалобе Межрегионального профсоюза железнодорожников, М. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2019 г., которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Манохиной Г.В., объяснения представителей административных истцов В., С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов апелляционной жалобы представителя Министерства транспорта Российской Федерации К., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей апелляционную жалобу необоснованной,

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

установила:

приказом Министерства транспорта Российской Федерации (далее также - Минтранс России) от 9 марта 2016 г. N 44 (далее - Приказ) утверждены Особенности режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников железнодорожного транспорта общего пользования, работа которых непосредственно связана с движением поездов (далее - Особенности). Приказ был согласован с Российским профессиональным союзом железнодорожников и транспортных строителей и Общероссийским отраслевым объединением работодателей железнодорожного транспорта. Нормативный правовой акт 10 июня 2016 г. зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации, регистрационный номер 42504; 15 июня 2016 г. размещен на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru); 18 июля 2016 г. опубликован в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти.

Пункт 7 Особенностей устанавливает, что время явки работника к постоянному месту работы (далее - время начала работы (смены, поездки), а также время освобождения работника от выполнения трудовых обязанностей (далее - время окончания работы) осуществляется в часы, установленные правилами внутреннего трудового распорядка (абзац первый). Начало и окончание работы могут назначаться в пределах обслуживаемого участка вне постоянного пункта сбора (постоянного места работы), о чем работнику должно быть сообщено не позднее окончания предыдущего рабочего дня (смены). В этих случаях время следования до назначенного места работы и обратно не считается рабочим временем (абзац второй). В других случаях время следования от постоянного пункта сбора до места предстоящей работы включается в рабочее время и определяется в правилах внутреннего трудового распорядка с учетом удаленности места предстоящей работы от постоянного пункта сбора и способа доставки работников (абзац третий).

Межрегиональный профсоюз железнодорожников (далее также - МПЖ), действующий на предприятиях железнодорожного транспорта, объединяющий в том числе значительное количество работников - машинистов поездов и их помощников и представляющий их интересы в силу статей 11 и 23 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности", и гражданин М., являющийся членом МПЖ, обратились в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующим положения абзаца второго приведенного пункта Особенностей. Полагают оспоренное правовое положение противоречащим статьям 57, 91, 72 и 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) и нарушающим трудовые права в области режима труда и отдыха: право на отдых, на соблюдение установленной законом продолжительности рабочего времени, право на работу, обусловленную трудовым договором, и на защиту от необоснованного изменения условий трудового договора, в том числе от перевода работника в другую местность без его согласия.

В обоснование заявленного требования административные истцы указали, что М. с 2012 г. работал в г. Новокузнецке Новокузнецкого района Кемеровской области в должности помощника машиниста тепловоза в эксплуатационном локомотивном депо Новокузнецк Западно-Сибирской дирекции тяги - структурном подразделении дирекции тяги - филиала ОАО "Российские железные дороги". На основании оспариваемой нормы до окончания предыдущего рабочего дня работодатель потребовал от М. выйти на рабочее место в поселке Кондома Таштагольского района Кемеровской области, расположенном в 383 км от постоянного рабочего места, без организации доставки в указанное место и выплаты компенсации. М. отказался выходить на рабочее место, расположенное в другом населенном пункте, продолжил работу в локомотивном депо в г. Новокузнецке, в связи с чем был уволен за прогул на основании пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ. Решением Мещанского районного суда г. Москвы от 22 мая 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 октября 2018 г., М. отказано в удовлетворении исковых требований о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе и взыскании денежных компенсаций со ссылкой на оспариваемую норму, в чем он усматривает нарушение своих прав.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2019 г. в удовлетворении административного искового заявления МПЖ, М. отказано.

В апелляционной жалобе административные истцы просят отменить решение суда первой инстанции, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленного требования в полном объеме. Указывают, что суд первой инстанции принял решение без исследования вопроса о соответствии закону сложившейся практики применения оспариваемой нормы, не учел содержание понятия "другая местность", используемого в трудовом законодательстве, в частности в части второй статьи 57, статье 72, части третьей статьи 72.1 ТК РФ, и запрещающего переводить работника на работу в другую местность без его согласия. В апелляционной жалобе ссылаются на то, что предусмотренная в абзаце втором пункта 7 Особенностей возможность не включать время проезда работника к новому месту работы, расположенному на значительном удалении от постоянного места работы, в рабочее время нарушает права работника на отдых и соблюдение установленной законом продолжительности рабочего времени (часть 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статьи 21, 91, 94 ТК РФ).

Административный истец М., представитель Министерства юстиции Российской Федерации, привлеченного к участию в деле в качестве заинтересованного лица, в судебное заседание Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены в установленном законом порядке.

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения не находит.

Согласно пункту 1 статьи 25 Федерального закона от 10 января 2003 г. N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации" трудовые отношения работников железнодорожного транспорта общего пользования, в том числе особенности приема их на работу, предоставление гарантий и компенсаций работникам железнодорожного транспорта общего пользования, регулируются данным законом, трудовым законодательством, отраслевым тарифным соглашением и коллективными договорами.

В силу пункта 2 названной выше статьи закона особенности режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников железнодорожного транспорта общего пользования, работа которых непосредственно связана с движением поездов, устанавливаются федеральным органом исполнительной власти в области железнодорожного транспорта с учетом мнения соответствующего профессионального союза.

Аналогичное приведенному предписание содержится в части второй статьи 329 ТК РФ, согласно которой особенности режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников, труд которых непосредственно связан с движением транспортных средств, устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в области транспорта, с учетом мнения общероссийского профсоюза и общероссийского объединения работодателей.

Компетенция Минтранса России на принятие Особенностей и соблюдение процедуры издания, введения в действие и опубликования Приказа, утвердившего Особенности, были проверены Верховным Судом Российской Федерации и подтверждены вступившим в законную силу решением от 26 июня 2018 г. по делу N АКПИ18-376, по существу административными истцами не оспариваются.

Отказывая в удовлетворении административного иска, суд пришел к правильному выводу о том, что оспариваемый в части нормативный правовой акт принят Минтрансом России в пределах его компетенции, абзац второй пункта 7 Особенностей не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и, следовательно, не нарушает права и охраняемые законом интересы административных истцов.

Положения статьи 57 ТК РФ позволяют прийти к выводу, что к существенным условиям трудового договора относится место работы, под которым понимается организация или ее структурное подразделение, но не место начала и окончания работы (кроме случаев, когда такое условие специально оговорено в договоре по соглашению его сторон).

По общему правилу, время следования к месту работы и обратно не включается в рабочее время.

Статья 91 ТК РФ определяет рабочее время как время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами относятся к рабочему времени.

Таким образом, время следования к месту начала работы и обратно может быть включено в рабочее время при условии, если это предусмотрено соответствующим нормативным правовым актом. Одно из таких условий определено в абзаце третьем пункта 7 Особенностей.

Проведя анализ законодательства, регулирующего рассматриваемые правоотношения, и отказывая в удовлетворении административного искового заявления, суд первой инстанции правильно исходил из того, что оспариваемое правовое положение содержится в разделе II Особенностей, регулирующем время начала и окончания работы, и не может толковаться в отрыве от абзаца третьего пункта 7 Особенностей, предусматривающего, что в других случаях время следования от постоянного пункта сбора до места предстоящей работы включается в рабочее время и определяется в правилах внутреннего трудового распорядка с учетом удаленности места предстоящей работы от постоянного пункта сбора и способа доставки работников. Особенности распространяются исключительно на работников железнодорожного транспорта, непосредственно связанных с движением поездов, что само по себе предполагает наличие такой особенности, как возможность изменения, исходя из складывающейся ситуации в движении поездов, места начала и окончания работы. В абзацах втором и третьем пункта 7 Особенностей установлены общие критерии, позволяющие с учетом этой специфики определить условия отнесения времени следования к месту работы к рабочему времени в правилах внутреннего трудового распорядка, утверждаемых работодателем с учетом мнения представительного органа работников организации.

Разрешая данное дело, суд первой инстанции также учел, что аналогичная приведенной правовая позиция изложена в определении Кассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2006 г. N КАС06-57, которым был признан соответствующим действующему законодательству абзац второй пункта 9 ранее действовавшего Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников железнодорожного транспорта, непосредственно связанных с движением поездов, утвержденного приказом Министерства путей сообщения Российской Федерации от 5 марта 2004 г. N 7, содержащий то же предписание, что и оспариваемое.

В соответствии со статьей 72.1 ТК РФ не требуется согласие работника на перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий договоров.

Доводы административных истцов, содержащиеся в административном исковом заявлении, повторенные также и в апелляционной жалобе, о противоречии оспоренного правового положения Особенностей статье 72.1 ТК РФ, по смыслу которой перевод работника на другую работу в другую местность не является перемещением и требует его согласия, судом проверялись и правомерно были признаны несостоятельными, поскольку из содержания абзаца второго пункта 7 Особенностей следует, что начало и окончание работы могут назначаться вне постоянного пункта сбора, но в пределах обслуживаемого участка, являющегося структурным подразделением работодателя и предусмотренным трудовым договором местом работы, что не предполагает перевод работника в другую местность.

С учетом изложенного Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что нормы материального права, регулирующие рассматриваемые в данном деле правоотношения, применены и истолкованы судом первой инстанции правильно в соответствии с их содержанием, вывод суда о законности оспоренного в части нормативного правового положения сделан судом исходя из компетенции правотворческого органа, его издавшего, на основе надлежащего анализа норм федерального законодательства.

В апелляционной жалобе не приведено доводов, опровергающих выводы суда о законности абзаца второго пункта 7 Особенностей.

Утверждения в апелляционной жалобе о правовой неопределенности оспариваемой нормы и ее произвольном характере несостоятельны, поскольку оспоренное положение отвечает общеправовому критерию определенности, ясности и недвусмысленности, его содержание является четким и не может рассматриваться как вносящее в правовое регулирование неопределенность, позволяет правоприменителям единообразно его понимать и толковать.

Несогласие административных истцов с состоявшимися судебными решениями по конкретному трудовому спору в связи с привлечением работника к дисциплинарной ответственности не может свидетельствовать о незаконности обжалованного решения суда, которым в порядке абстрактного нормоконтроля проверялось соответствие оспоренного нормативного правового предписания нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если оспариваемый полностью или в части нормативный правовой акт признается соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Установив, что содержание абзаца второго пункта 7 Особенностей не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, а следовательно, прав, свобод и законных интересов административных истцов не нарушает, суд первой инстанции правомерно, на основании пункта 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, отказал в удовлетворении заявленного требования.

Утверждение в апелляционной жалобе о том, что оспоренное правовое регулирование не соответствует требованиям статей 57, 72, 91 ТК РФ, поскольку становится возможным изменение существенных условий трудового договора путем принудительного изменения работодателем места работы работника вне постоянного места его работы, несостоятельно. Абзац второй пункта 7 Особенностей не предполагает перевод работника в другую местность, как ошибочно полагают административные истцы, а предусматривает возможность назначения начала и окончания работ в пределах обслуживаемого участка вне постоянного пункта сбора. Таким образом, в данном случае, как уже указывалось выше, изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе существенных, отсутствует.

При рассмотрении и разрешении административного дела судом первой инстанции правильно были определены обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, в решении приведены и проанализированы в совокупности нормы права, подлежащие применению в данном деле, а выводы суда, изложенные в решении, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Обжалуемое судебное решение вынесено с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального права. Предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2019 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Межрегионального профсоюза железнодорожников, М. - без удовлетворения.

Председательствующий
Г.В.МАНОХИНА

Члены коллегии
В.Ю.ЗАЙЦЕВ
Н.А.КСЕНОФОНТОВА

Задайте вопрос юристу:
+7 (499) 703-46-71 - для жителей Москвы и Московской области
+7 (812) 309-95-68 - для жителей Санкт-Петербурга и Ленинградской области